Коты Воители Лунный Свет

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Коты Воители Лунный Свет » Территории » Озеро>>


Озеро>>

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Небольшое озеро раскинулось неподалеку от ручья. Тут всегда есть рыба, которая дает пищу для Одиночек. Отчасти поэтому все Одиночки яростно защищают свою территорию от Лесных племен - не каждый захочет делиться с соперником дичью

0

2

начало.

холод, снег, лед, ветер... почему зима всегда так неприветлива? Дождинка печально покачала головой и уставилась себе под лапы. шаг, другой, третий. одиночка обернулась. по снегу за ней тянулась вереница следов, все были похожи один на другой. точно так же, как все ее дни. Дождинка тяжело вздохнула и посмотрела в сторону озера. там пещера Черники, а вон там, дальше, ее клен. серая кошка окинула взглядом замерзшую озерную гладь. интересно, а лед сейчас очень толстый? кошка неуверенно сделала первый шаг по гладкой поверхности, местами заснеженной и ужасно холодной. но потом она спокойно пошла вперед, чувствуя, что лед под ней все-таки не проломится. как никак, она и так мало весит, а сейчас, при голоде, она вообще стала легкой, как пушинка. Дождинка грустно улыбается самой себе. некоторые говорят сами с собой, некоторые говорят с природой. а Хрустальная Капля всегда молчит, пока нужда не заставит открыть рот и на что-то ответить. жаль, что чем больше лун она живет, тем меньше она говорит. Дождинка опять посмотрела на свои следы. похоже, она была уже на самой середине озера, надо двигаться к противоположному берегу, поискать в лесу что-нибудь съестное. опять вздохнув, одиночка медленно зашагала дальше, высоко поднимая замерзшие лапки.

0

3

Начало игры

   Ещё несколько минут назад чистое, голубое небо – теперь затянутое темно-свинцовыми тучами, с которых то и дело срываются снежинки. Ледяной ветер безжалостно теребит все, до чего может достать, в том числе и длинную и пушистую лазурную шерсть.
   Сидя под голым кустом смородины, она ярким пятном выделялась на фоне белейшего снега. Из её полуоткрытого рта облачками пара вырывалось дыхание, а полузакрытые глаза невидящим взором смотрели вокруг. Несмотря на густой мех, можно было заметить выпирающие кости – все-таки зима была очень холодной и пищи едва хватало.
   Зато глаз цепляла другая деталь – шерсть у ЗСИМ лоснилась, словно в лучшие летние месяцы. Парадокс объяснялся тем, что таким образом одиночка применяла свою силу, чтобы выжить в эту ледяную зиму.
   «Как холодно, - резкий вдох ледяного воздуха, заставил кошку вздрогнуть. – Я сижу здесь уже очень давно, а дичи не видать. Обычно, в это время года, она здесь водится, но видимо придется попытать счастья в лесу…» Выстраивая план действий, кошка изменяла свое тело – она хотела добиться полной невосприимчивости к холоду: это получалось, но медленно.
   Так, стоило ей пошевелить лапами, она их не ощущала, и каждое движение получалось вялым и замедленным.
   Льдисто-голубой взор, устремленный на небо, и опять в нем читается что-то такое, что не свойственно кошке, пусть и обладающей силой. Так в её взгляде читалось какая-то многовековая мудрость.
   «Нет. Определенно надо двигаться, иначе можно окоченеть, несмотря на то, что к холоду я стала менее восприимчива», - Сапфира очень осторожно встала на лапы и поочередно их потянула. Порыв ледяного ветра, заставший кошку врасплох, прилизал шерсть к бокам, отчего не до конца «охлажденное» тело покрыли мурашки.
   А тем временем, погода все портилась – с неба стали сыпаться не отдельные снежинки, а целые хлопья снега – ледяные и безжалостные - готовые все засыпать, по самое некуда. Деревья, покрытые коркой льда, ломались под двойной тяжестью (снега и льда), отчего в лесу стоял шум ломающихся деревьев.
   И все это происходило на рассвете, который произошел где-то два часа назад.
   И тут, Исидар Митрима увидела следы. Они ещё не были занесены снегом, потому что кошка, которая их оставила, прошла здесь всего несколько минут назад. А запах этой кошки, был знаком лазурной одиночке и очень дорог. Этот сладковатый, немного мускусный запах еловых шишек и ромашки мог принадлежать только Дождинке
   Случается так, что когда без внешнего фактора пытаешься что-то сделать со своим телом (например, сделать его устойчивым к холоду), так эта пытка может длиться часами, а если будет какой-нибудь «катализатор», как например, удивление или счастье, то процесс происходит моментально. Такой «тормоз» в силах бывал только зимой, когда и без того слабое тело кошки, пыталось использовать силу.
   Так и сейчас, Сапфира стала полностью невосприимчивой к холоду, и она могла заниматься своими делами – в данном случае, поймать Хрустальную Каплю.
    - Дождинка! – крикнула лазурная одиночка подруге, стараясь перекричать вой ветра.
   И она побежала, так быстро, как только могла. Хотя могла просто телепортироваться к своей серой подруге и помочь ей – её вид был ещё ужасные, чем у ЗСИМ.
    - Дождинка! – ещё один крик, но серенькая кошка, кажется, её не слышит – она поджимает под себя лапы, но продолжает свой путь к лесу. Её исхудавшее тело и выпирающие ребра говорят сами за себя.
   Только в тот момент, когда лапы кошки поехали на льду и она упала (ясно дело, из-за того, что поскользнулась), Сапфира назвала себя мышеголовой дурой: почему она сразу не телепортировалась?!
   Телепортация – мгновенный перенос одиночки в любую точку территории, куда ей только захочется. В данном случае – к Дождинке, а если ещё точнее – наперерез её пути.
   Материализация, так же, как и исчезновение – было мгновенным, но потому, как шла серая одиночка – свесив хвост и понурив голову, она ничего не видела.
    - Дождинка! – вновь позвала Сапфира свою подругу, очень грустным сопрано

Отредактировано ЗСИМ (2011-02-23 12:21:43)

0

4

- Дождинка! - раздалось издалека.
"показалось", - решила кошка и продолжила свой путь. она так давно не видела никого из своих друзей, откуда бы сейчас кому-нибудь из них объявиться прямо здесь? надо идти дальше, нечего тратить время и последнее тепло. кошка уныло шагала дальше, пока она снова не услышала свое имя.
- Дождинка! - на этот раз ей точно не показалось.
Одиночка обернулась, глаза ее вспыхнули жизнью впервые за несколько лун. поскользнувшаяся Сапфира подъехала на льду прямо к ней. она ничуть не изменилась. все такая же ухоженная, с удивительной лазурной шерстью и добрыми глазами, неожиданная... и такая родная. одиночка не смогла и слова выдавить, только заурчала от счастья и, подобравшись к подруге, прижалась к ней боком. Сапфира была настоящей, она была сейчас, здесь, рядом.
- Сапфира... - пробормотала Хрустальная Капля и тут же испугалась своего голоса.
она молчала несколько недель подряд, сейчас слышать саму себя было жутко непривычно, голос  казался жутко хриплым. не лучший у нее, конечно, вид. ребра выпирают, глаза смотрят с полным безразличием и покорностью, говорить разучилась. мимолетная радость опять исчезла, Дождинку вновь охватила меланхолия. она только закрыла глаза и вновь прижалась к пушистому бочку подруги, чувствуя себя гораздо счастливей, чем до этого. и ей было все равно, что они стояли посреди озера, на льду, что на них безостановочно падали снежинки, а ветер то и дело ерошил шерсть. мир словно остановился для Дождинки в тот момент.
- Я скучала, - просто сказала Дождинка, больше на ум ей ничего не приходила. - ужасно скучала. как ты?

0

5

ОФФ: прости, что так дого не оставляла посто - времени не было...

   Как обычно бывает – погода умеет портить даже самые радостные моменты в жизни (это Сапфира знает, как мы – дважды два): то, что недавно было лазурным небом, превратилось в сборище свинцовых туч, с которых ежесекундно сыпались хлопья снега. Снег, бывший ещё минуту назад мягким и пушистым, стал холодным и колючим, а в сочетании с ледяным ветром, это было Нечто (именно с большой буквы, так как описать этот мороз невозможно).
   Пусть её сила защищала её от холода, но то, во что превратилась Хрустальная Капля, заставляло Сапфиру ужаснуться и невольно передернуться: некогда густая и пышная шерстка, теперь представляла собой реденький покров тела. Её тело было исхудавшим – через кожу отчетливо виднелись все кости. То, как она дрожала, говорило, что Дождинка замерзает от холода.
   Исидар Митрима смотрела на «тень» Дождинки и понимала, что в этом есть её вина – не надо было ей исчезать из леса, тогда может быть её подруга, к которой лазурная одиночка испытывала почти материнские чувства, была бы не таким жалким подобием себя. «Это все моя вина. Моя! И не надо меня переубеждать – я это знаю» - волна стыда и отвращения к себе накрыла кошку с головой. Вынырнуть же из этого омута помогла серая кошечка:
    - Сапфира…
   Её голос. Но в тоже время – и не её. Жалкое подобие её прежнего меццо-сопрано. Теперь её голос был сух, и не было и намека на его хрустальные переливы. Этот сухой, жесткий звук больно резанул по ушам Сапфиры, а понимание вины ещё больше осело в ней.
   Встретившись с её изумрудным взглядом, в льдисто-голубых появилась волна самой настоящей паники – где тот озорной блеск юной ученицы? Где её любопытство, тяга к знаниям?! Сейчас этот взгляд был мертвым и очень дополнял мертвый голос Дождинки. Её состояние меланхолии – её главная проблема. Именно меланхолия убила в этой серой кошке, ту, что Сапфира любила.
   «Как ей помочь?!» - стучала в висках одна мысль, а сердце выдавало бешеный ритм, от чего одиночке стало жарко. Очень жарко, как бывает в летний зной. Особенно на солнцепеке. А тем временем, пока ЗСИМ рассуждала, Хрустальная Капля, прижавшись к лазурному боку подруги, перестала дрожать, но ледяной ветер, всякий раз налетая на кошек, ерошил шерсть, отчего серая кошечка теряла и без того скудное тепло её тела.
    - Я скучала, - небольшая пауза, - ужасно скучала. Как ты?
   Простоя фраза. Но такая приятная. И в тоже время нет.
  - Я? Хорошо.  – Пауза. Сопрано Сапфиры был на удивление твердым, и в тоже время мелодично-успокаивающим. На Дождинку это оказывало расслабляющие действие. – В данном случае, намного лучше, чем ты. Я сейчас невосприимчива к холоду – если хочешь, могу и тебя сделать невосприимчивой.
   «Может быть, таким образом, мне удастся искупить вину перед тобой. Я знаю, что виновата – я сделала тебя одиночкой, и я должна за тобой присматривать: ведь из-за меня ты ушла из племени» - мысли, как рой ос, проносились у неё в голове. А в подсознательной части мозга кружилась, кипела энергия силы, готовая по первому зову сознания прийти на помощь – это Исидар Митрима знала точно.
   А чего она не знала - почему была уверенность, что она сможет сделать Хрустальную Каплю невосприимчивой к морозу? Вот была и все. И это приводило одиночку к полному замешательству: «Откуда во мне такая уверенность? Я ведь раньше такого не делала. А если я захочу изменить мир вокруг себя, мне тоже это удастся сделать?» И вновь волна правоты наполнила её сознание.
    - Дождинка? – позвала свою подругу Сапфира, из-за того, что она долго не отвечала. А её теплый бок, постепенно охлаждался – лазурная одиночка понимала, что действовать надо незамедлительно. Пусть даже и без разрешения.
   Стоило только сконцентрироваться, как сила наполнила каждую клеточку её [Сапфиры] тела и была готова к указаниям мозга. Сапфира чуть напряглась – она не могла понять, как управлять своей силой и почему в один момент, она едва «текла» (как например, минут двадцать назад) или как сейчас – «бурным потоком».
   Она даже не сформулировала мысль, как сила принялась делать Дождинку невосприимчивой к морозу –лазурная кошка ощущала прикосновение энергии к каждой клеточке её тела. Ощущала реакцию клеток и организма в целом на её воздействие – от чего-то неопределенного до возобновления нормальной работы тела.
    - Так лучше, подруга моя? – на этот раз, сопрано Сапфиры был полон материнского тепла. Это же тепло лилось и из льдисто-голубых глаз, смотрящих на Дождинку.

0

6

Черника неторопливо пролетала над озером. На высоте птичьего полета холод был невыносимым, но ей не привыкать, тем более работа крыльев согревала хотевшие было озябнуть и превратиться в лед мышцы.
Озеро радовало замерзшей поверхностью, под которой острые сапфировые глаза различали быстрое мелькание чешуи.
Внезапно, среди царства льда и снега, обсидиантовая одиночка увидела яркое лазурное пятно.
Сапфира? Да ну? Что ей делать зимой, на озере? Тем более слишком уж давно ее никто не видел!
Не доверяя собственным глазам, Черника на всякий случай стала снижаться. И уже через пару мгновений, лес озарил радостный, наверное распугавший и без того малую дичь, крик:
-Сапфира!-радостным он был ровно до того момента, как одиночка различила рядом серую шерсть. -Дождинка?!- удивление, тревога, радость, как обычно в одном слове смешалось множество невысказанных эмоций, которые Черника не умела и не хотела передавать по другому.
Сиреневые подушечки лап коснулись льда, и Чернике пришлось идти против рефлекса отдернуть их. Лапы обожженные холодом будто оторвались от тела, и одиночка рисковала растянуться на льду.
Собственно это и произошло, она не успела затормозить, и теперь мчалась по льду
Как хорошо уметь летать! подумала одиночка, когда расправленные крылья помогли затормозить, и Черника застыла аккурат нос к носу с Дождинкой. Зеленые глаза подруги затуманились, а рядом сосредоточенно застыла Сапфира.
-Эм, привет!- неуверенно пробормотала кошка, прижимая уши. У нее талант, не в том месте, и не в то время. Она понятия не имела что тут происходило несколько минут назад. Ее реакция могла быть совершенно не той, которой ожидали в такой ситуации.
Поэтому Черника быстро затараторила, как бывало с ней в минуты неуверенности:
-Вы голодные да? Простите, зима очень холодная, поэтому слишком много всего сваливается, трудно выживать. Но у меня в пещере тепло, слава Звездному Племени что там есть подводный ход. А вода то зимой теплее, вот, и рыба неплохо ловиться, поэтому кушаю рыбу, не жалуюсь, у меня осталась парочка, да и свежей можно наловить. Ее оказывается ловить не так сложно, ну наверное сказываются во мне корни Речного племени, вот, а на вкус она напоминает самых жирных полевок, и кроликов. Вы ведь любите кроликов? Особенно когда утром поймаешь одного, жирного такого,  и умнешь под кроной старого дуба, там в тени, не то что на жаре, и дичь даже вкуснее. Ага?- она говорила ерунду, и знала это, но уши вес еще горели от стыда.

0

7

Сапфира совсем не менялась. По своей сущности она оставалась все такой же, по отношению к Дождинке тоже. Эта кошка была словно из какого-то другого мира, она могла делать невозможное, она могла вот так просто поделиться сейчас с Дождинкой своим теплом. Откуда она только его брала? Из природы? Откуда-то еще? На протяжении лун Дождинка разучилась верить во многое, в чудеса тоже. И потому многое не желала воспринимать. И сейчас заботу своей подруги. Потому что она боялась ее. Да, как бы ни вела себя Дождинка рядом с этой удивительной кошкой, как бы ни скучала по Сапфире, после того, как она отдалилась ото всех, у Хрустальной Капли было предостаточно времени для размышлений. И она очень много думала о Сапфире, о ее способностях. Будучи ученицей, ее это вовсе не волновало, разве что удивляло и восхищало. Сейчас же она была бы рада оградиться от волшебства подруги.
- Нет, Сапфира, спасибо, мне достаточно тепло, – соврала Дождинка.
Да, выглядело слишком неубедительно, но Дождинка просто не могла ничего с собой поделать. Что ей сейчас скажет на это Сапфира, интересно? Дождинка даже подумать не успела, как вдруг произошло нечто еще одно из ряда вон выходящее. Появилась Черника. Эту кошку Хрустальная Капля любила так же сильно, как свою пропавшую сестру, как Сапфиру. Она тоже была совершенно необычной, но с ней Дождинка чувствовала себя легче, наверное, потому что виделась гораздо чаще, чем с Сапфирой. Может, если опять начать общаться с Сапфирой, все встанет на свои места. Дождинка слабо улыбнулась при виде черной кошки и молча слушала, как она тараторит о всевозможной ерунде, так напоминая Дождинке ее саму в ученичестве, и ей становилось легче. Она словно вернулась в свою семью, в свое племя. В свое собственное маленькое племя, где ей точно всегда были рады. Расчувствовавшись, Дождинка не в состоянии была о чем-то говорить и только смотрела на обеих подруг изумрудными глазами, в которых вновь наконец-то затеплился огонек счастья и уверенности в себе.

0


Вы здесь » Коты Воители Лунный Свет » Территории » Озеро>>